в 1897 году началась Первая всеобщая перепись населения Российской империи. По совместительству, в ходе этой переписи впервые в российской истории применялись электрические счетные машины — их закупили у американской компании TMC, впоследствии переименованной в IBM

census-1890

Сама перепись — это тема для другого издания, а вот на машинах остановимся подробнее.

Договор на поставку электрических табулирующих машин Российская империя и TMC в лице ее основателя и изобретателя всей этой техники Германа Холлерита подписали в 1896 году. Согласно договору в нашу страну было поставлено 35 готовых машин, 500 перфораторов и 70 табуляторов с сортировальными машинами на сумму $67 571. Сборка оборудования осуществлялась в Санкт-Петербурге.

Всего же Центральный статистический комитет использовал 110 электрических машин Холлерита.

Hollerit_Russia

Герман Холлерит в России, 1897 г.

Впервые машины Холлерита были использованы в ходе переписи в США в 1890 году.

Принцип действия машины Холлерита был таким: переписчик при помощи перфоратора пробивал на картонной карточке отверстия, которые соответствовали статистическим признакам (возраст, пол, место жительства и т.д.); табулятор обрабатывал эти карточки и группировал их по ящикам, то есть открывал нужный ящик, а переписчик клал туда карточку. Затем машина суммировала данные с помощью электростатических счетчиков.

Технология по тем временам потрясающая. Полные данные по переписи в США были получены за неполные три года — втрое быстрее, чем в ходе предыдущей переписи.

 Peterburg_1897

Санкт-Петербург, конец XIX века

Увы, в случае с нашей страной в дело вступил человеческий фактор. Даже с помощью машин Холлерита окончательные данные были получены лишь в 1905 году. А всему виной недостаточная подготовка персонала, бюрократическая волокита и откровенное чудачество. Например, Николай II в графе «род занятий» написал «Хозяин земли русской». И как такую «профессию» забивать в перфокарту и систематизировать?

HollerithMachine

Кстати, одна из машин Холлерита сохранилась до наших дней. В 1952 году она попала в московский Политехнический музей и до сих пор хранится там.